БАБЕ СИМЕ
Я и не вспомню теперь, как жила
в розовом доме, в подъезде последнем,
но, пробираясь по смутной передней,
слышала часто : «Ну что, как дела?»

То баба Сима глядела в зрачок
каменной будки и так говорила:
«Ты посидела б со мной хоть чуток.
Я и с людьми, как общаться, забыла.

Знаешь, устала... Болит голова».
Ей отвечала: «Вам надо почаще
дома бывать» .
- «Да я там не жива.
Много ли там от меня настоящей?..

Дома Алиска… Лишь кончится срок,
как она будет на небо глазами
к богу смотреть?..
И услышит ли бог
просьбу мою?..
А услышит - слезами

землю и море, и жизнь обоймет.
Что я могу для священной Алиски?
С детства не видит, да так и живёт:
больно, темно, а не звука,.. не писка…»

Долго консьержка листала тетрадь,
долго твердила про верного мужа.
«Нет, ни к другой его смели забрать,
к тем, кому в небе он больше был нужен.
Лето… КамАЗ… На песчаной косе

бросило Митьку и заворотило…
Не было даже намека в лице
смерти-злодейки, когда хоронила.

Тихо без мужа на свете жила…
Лиска росла… Наша жизнь что потёмки.
Только судьба милосердна была:
в дом наш призвала второго ребёнка.

Маленький мальчик… Как умер сосед…
Тоже слепой - за ослепшего сына
раньше просил: «Лиске счастья ведь нет,
ты б их потом уж взяла,.. поженила…»

Вот и сложилась большая семья.
И появились от радости внуки.
Долго от счастья Лизунька моя
им целовала и глазки, и руки».

Было консьержке совсем тяжело:
- «Я им и шила, внучкам, и вязала.
Нынче уж выросли. Время прошло.
Им не нужна и немыслима стала.

Старший?.. Он учится... «Аэрофлот» -
важная все -таки, нужная штука.
Скоро детишек себе заведет:
внучку – Алиске, Сереженьке - внука».

Долго консьержка смотрела вперёд,
долго томилась и долго вздыхала.
«Младшему, Митьке, ему не везёт…
Лыжником был, только сердце устало…»

«Сердце у младшего что ли болит?»
- «Сильно болит. Никого он не слышит.
Ночью с собою самим говорит.
В прошлом году он ведь «мастером» вышел.

Долго консьержка, горюя, в окно
смотрит, как прочие, взрослые дети
ездят на роликах, ходят в кино,
ночью танцуют, мечтая о лете.

Мне ли консьержку мою не понять?!
Все помогают ей, все помогали!
Страшно консьержке моей помирать!
Вечер и ночь она бродит в печали
и, вспоминая Алиску свою,
все говорит: -«Вы б Алиску видали!..
Я тебе, мамочка, чаю налью,
мамины ручки и ножки устали!».

Гладит она, обнимает меня...
Только куда от объятий мне деться?!
Грузом на сердце мне стала родня.
Кажется мне, что не выдержит сердце».

-----------

Вот и сейчас, проходя этот дом,
бабушку Симу ищу в нем устало.
Будка безмолвным сияет окном.
Страшно сказать:
значит время
настало.

Автор: Александра Ирбе

2014 год

» Вернуться к общему списку